В Беларуси дописали роман "1984"

[roar22]

Когда по радио сообщают о победе войск Океании над армией Евразии, Уинстон Смит, член внешней партии, живущий в Лондоне и работающий в Министерстве правды, понимает, что теперь он полностью излечился. С этого дня он действительно любит партию, любит Большого Брата.

На этом роман заканчивается, хотя по замыслу автора там оставалась небольшая главка, из которой следовало бы, что записные книжки Смита, легшие в основу сюжета и попавшие в руки его палача О'Брайана, каким-то образом просочились к пролам и те тиснули их в самиздате.

Смит находит книжицу на столике уличного кафе, в котором пьет джин. Его возмущению нет предела. Он тут же звонит О'Брайану с надеждой, что издание будет запрещено и кара обрушится на каждого, кто опустится до чтения злобной антилитературы. Пока он говорит по телефону, на него наводит самострел Джулия, засевшая на чердаке соседнего дома ("Пиратская бухта", ул. Ленина, 20).

Оруэлл главку не написал. Ему показалось, что это уже перебор – запретить "1984" в Лондоне 1948 года. А вот дебил Лукашенко решил иначе – и буквально вчера запретил!

Надо, надо было автору эту главку дописать.

Сейчас Джулия промажет – из нее неважный стрелок. Смит вскочит, роняя бутылку на асфальт, и начнет махать руками, показывая, откуда по нему стреляли. Милиция бросится к дому номер 20. Джулию, девушку с пышными каштановыми волосами, карими глазами и тонкой талией, схватят, будут пытать, насиловать ротой, потом расстреляют. Уинстона Смита пригласят на расстрел его бывшей любовницы, но он сошлется на головную боль. А вот дебил Лукашенко явится. Подойдет к теплому трупу, мягко шлепнет по нему итальянским ботинком. Скажет: "Не того, совсем не того замочило наше правосудие". Подбегут шестерки: "А кого, кого надо? Скажи, Батька". Батька обведет шестерок мутным взглядом и скажет: "Оруэлла, вот кого надо".

ПС. Сам знаю, что получилась не-сатира. Да только ныне, милые, как-то не до сатиры. Оруэлла и сегодня ставят к стенке в Европе!