roar22 | Франция и Беларусь: два костра, две непорочные девы

И сказал архангел Михаил: "Вам предстоит тяжелое, но геройское испытание. Будучи девами, взойдете на костер – каждая во славу своего народа. Согласны ли вы на пламенный подвиг?"

Две души ответили: "Во славу своего народа? Будучи девами? О йез, всю жизнь мечтали… А как нас будут звать?"

"Ты, – сказал архангел, – Жанна д'Арк. А ты – Петрикова, просто Петрикова, имя неизвестно".

"Как неизвестно?" – возмутилась душа девы Петриковой.

Архангел показал ей бумагу: "Да вот, смотри. Тут фамилия стоит, а имени нет". И зачитал, ломая язык на первых четырех словах (попробуйте-ка сами):

«ОПЕРОД ПП ОГПУ БССР сообщает, что в коопхозе «Новый свет», находящемся на территории выставки, работница такового Петрикова, 17‑ти лет, сама до коллективизации батрачка, 10‑го апреля с.г. похитила пять штук огурцов из парников, желая их попробовать, так как парниковых огурцов она никогда не пробовала».

"И что?" – спросила душа безымянной Петриковой.

"А ничего", – ответил Михаил и отлетел в выси.

Душа мадмуазели д'Арк обнялась с душой батрачки Петриковой – и они тоже отлетели. Но уже вниз. Творить историю – каждая в своем народе.

О Жанне почитайте в Википедии. Она командовала войсками, которые переломили ход Столетней войны. На костер взошла в 18 лет 30 мая 1431 года в городе Руане. О работнице коопхоза Петряковой написано на рассекреченном (!) документе ОГПУ Белоруссии. Непорочная дева всего лишь украла пяток огурцов. На свой костер взошла в 17 лет 16 апреля 1934 года в городе Минске. Между двумя знаменательными событиями прошло почти ровно 500 лет.

Думаю, белорусский костер получился не менее ярким, чем французский. Читайте сами:

"Узнав о краже, треугольник коопхоза, в лице директора, парторга и рабочкома, решили подействовать этим случаем на массы в целях воспитания их. Объявив о митинге, треугольник срочно заказал гроб, крест и фанерные плакаты. На гробу была сделана надпись «Здесь находится душа злодейки Петриковой». Были сделаны такие же надписи на кресте и на плакатах. Во время митинга была создана похоронная процессия, каковая с пением «Последний нонешний денечек» направилась к конюшням, где был сложен костер. Около гроба заставили идти Петрикову. Дойдя до костра, треугольник объявил, что сейчас будет сжигаться душа злодейки Петриковой, расхищавшей государственное добро. Гроб и крест были сложены на костер, а Петрикову заставили стоять около костра на коленях, до тех пор, пока костер не догорел. Эта процедура повлияла на психическое состояние Петриковой".

Стояла весна. В Руане пахло лавандой, в Минске – конским навозом. Жанна слышала голоса архангела Михаила и Маргариты Антиохской, Петрикова – мат-перемат и пьяный хохот коллег по комсомолу.

Петриковой повезло меньше, чем ее французскому клону: она выжила и еще три года отходила на свободе, после чего пошли лагеря. Вернувшись на небо, души обеих дев, д'Арк и Петряковой, обнялись. Оказывается, не сгорела душа Петриковой, обрела небесную плоть.

Спросил их архангел Михаил: "Как справились с заданием? Прославили каждая свою родину? Как народ к вам отнесся? Сложил песни, перезахоронил девичий прах в пантеонах своей славы?"

"О йез! – ответили души. – Еще как прославили и еще как захоронили!"

Спросил их Михаил: "О чем жалеете, девы невинные, доблестные? Чего не успели сделать?"

Д'Арк сказала: "Не успела увидеть воссоединения великой Франции".

Петрикова тоже сказала: "Не успела съесть эти проклятые огурцы".

"Стой, – сказала ее подруга Жанна. – А кто же их, блин, съел?"

"Наверно, треугольник. Они ведь тоже никогда их не пробовали".

Вот и вся история. А если кто скажет, что Беларусь теперь другая, – кто бы спорил! Конечно, другая, другей не бывает.

На фото вверху – Руан, внизу – Минск. Или наоборот?